gerraa (gerraa) wrote,
gerraa
gerraa

Трансформация.

Мда. Я когда была маленькой, ну молодой в смысле :), то никак не могла взять в толк вот этой коммунистической ненависти к попам.
Я ж по натуре очень мирный человек. И эмоционально тормознутый. Ну иногда полыхнет какая эмоция - встряхнешься и опять вроде на мир взираешь спокойно так, рассудительно и без злобы.

А тогда было чтиво всякое, история опять же, агитплакаты, фильмы - в них попов тогдашняя власть не любила очень-очень. И народ в немалой массе своей тоже не любил. И "наше всё", который Пушкин, и остальные разные "наше всё" - даже при выраженном личном религиозном уклоне к церковникам относились как бы... не очень хорошо. 
И я этого не понимала. Для меня они были гонимым племенем, умиравшими за свою веру гражданами, верящими и несущими веру сквозь все революционные и советские перипетии людьми. И вот никогда в бога не верила, а на людей крещеных, людей, ходивших в церковь, на сами церкви косилась с уважением. Как бы ходишь кругами, как в музее - и восхищаешься. Но руками не трогаешь. 
Потом наступила эпоха воздаяния. Церкви стали восстанавливать, священников стало больше, на улицах замелькали, на экранах ТВ... Как бы видно стало, что подполье закончилось. Но уважение пока еще оставалось к ним. Правда, они перестали быть в моих глазах чем-то особенным, а стали частью населения, частью, так сказать, масс... 
Да, массы потянулись. Овечки к пастырям. На фоне этих масс хорошо шли кины насчет уникальных священников, уникальных верующих, самые яркие из них на общем сером фоне стали гореть ярче, заметнее. Овечек становилось все больше, а пастыри вели себя все увереннее. Овечки стали коситься на тех, кто не с ними... И те, что поневежественней, стали клясть тех, что так и не присоединились к этому празднику возрождения.
И отношение к ним тоже стало меняться. Ряженые. С прибабахом. Православнутые слегонца. Постепенно на место уважения пришло недоумение и желание обойти стороной. Восхищение сменилось настороженностью. Но это еще было не РПЦ.
А потом откуда-то из глубин разваленных Советами церквей, из-под могильных камней умерших за свою веру настоящих священников, из каких-то соловецких болот выползла РПЦ. Трансформированное черное чудовище. За ней уже не видно той гонимой религии, которая так очаровывала меня в детстве и находила отклик где-то внутри. Овечки слились в нечто неразличимое, серое, колышащееся и скользкое, и из него стали проступать отдельные лица. Искаженные лица психов и придурков. Опасных, непредсказуемых придурков, в одной руке держащих справку из психушки о том, что он псих и ему все можно. В другой руке - осколок стекла, измазанный грязью.
И вот сейчас, когда им сказали "можно! фас! ату!" - я поняла тех, кто не любил попов. Головоломка сложилась - все кусочки пазла легли на свои места. Я теперь их тоже не люблю. Не боюсь (пока еще!), но не люблю. И презираю - их жадность, цинизм, лицемерие и порочность, скрытые за слоями блестящего золота. И тех, кто идет за такими попами - тоже не люблю. Агрессивных, безумных, тупых и очень опасных. И вот этих я уже боюсь.
Привет тебе, РПЦ. Из лояльной девочки, когда-то готовой защищать верующего мальчика перед его агрессивными атеистически воспитанными ровесниками, ты сделала своего ярого противника. 

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments